DEFENCE

проект информационной и социальной защиты пациентов и врачей

Оформление заказа (0)    
Логин

Регистрация
Пароль

Забыли пароль?


В СоцСетях :

Google+

FB

VK

Skype: dr_ydik

psycho.by NLP Психотерапия в Минске.Психотерапевт вызов на дом Минск.Сеансы психотерапии в Минске.Психотренинги в Минске.Гипноз.Лечение депрессии


milonga.by Аргентинское танго в Беларуси,милонги в Минске,уроки, фестивали,семинары, танго-школы.

Genway.ru


massag.by Мануальная терапия, массаж, выезд к пациенту.


lek.by Правда о лекарствах.Аптеки.Фармбизнес.Фитотерапия.Биодобавки

adulter.by,sexology




О названии Беларусь и беларусах

Назва краю і народа

Сярод вядомых аўтэнтычных крынiц, якія непасрэдна тычацца гісторыі земляў сучаснай Беларусі, назва «Белая Русь» упершыню згадана ў ананiмным лацiнамоўным рукапiсе другой паловы ХIII ст., якi быў параўнальна нядаўна выяўлены ў Дублiне амерыканскiм гiсторыкам Марвінам Л. Колкерам. Аўтар тэксту каталiцкi мiсiянер, памiж iншага, запiсаў, што яго калега Вайслан (Vaislanum) «прапаведуе слова Божае на Белай Русi». Праз стагоддзе «Белую Русь» неаднаразова згадваў у вершах паўднёванямецкi паэт Пётр Зухэнвiрт, якi апiсваў ваенныя прыгоды братоў-рыцараў, што ваявалi з Вялiкiм Княствам Лiтоўскiм, Ноўгарадам i Псковам. З Iнфлянтаў яны траплялi на тэрыторыю «Белай Русi», якую можна лакалiзаваць у раёне Полацка i Пскова. У паведамленнi польскага хранiста Яна Чарнкоўскага (1300-1387) за 1382 г. гэтая назва ўпершыню звязана з канкрэтным горадам: літоўскі князь Кейстут, паланiўшы Ягайлу, загадаў пасадзiць яго разам з мацi ў «castro Albae Russiae, Polock dicto». Гэтыя лацiнамоўныя тэксты i з'яўляюцца самымi раннiмi крынiцамi, у якiх сустракаецца першапачатковая форма цяперашняй назвы Беларусi. Заўважым, што тэрмiн «Белая Русь» упершыню сустракаецца ў помнiках лацінскага пiсьменства i ўжываецца ў iх як iншаназва.

У крыніцах, створаных на тэрыторыі Вялiкага Княства Лiтоўскага, першыя прыклады выкарыстання назвы «Белая Русь» фіксуюцца ў ХV ст. У прыватнасці, яна згадваецца ў вядомым пасланні мітрапаліта Місаіла да папы, датаваным 1476 г. Аднак пастаяннай геаграфічнай прывязкі гэтая назва яшчэ не мела. У нямецкай хронiцы Ульрыха Рыхенталя, напісанай у 1420-я г., гарадамi Белай Русi названы Полацк, Вiцебск, Смаленск i Берасце. Праўда, у лiстах Прускага ордэна да чэшскага караля Вацлава ІV (1378-1419) за 1412-1413 г., у якiх таксама згадваецца «Weissen Rewsen», пад ёю разумелi землi па-за межамi дзяржавы Вiтаўта. На некаторых еўрапейскiх картах ХV — пачатку ХVI ст. подпiсам «Белая Русь» пазначана тэрыторыя Маскоўскага княства. Так часам называлi Маскоўскую дзяржаву ў сваіх апісаннях заходнееўрапейскія аўтары пасля захопу Іванам ІІІ (1462-1505) Ноўгарада Вялікага. Аднак выкарыстанне гэтай назвы ў дачыненнi да Маскоўскай Русі мела чыста палiтычны сэнс. Як этнаграфiчна-тэрытарыяльнае вызначэнне яна нiколi там не ўжывалася.

У другой палове ХVI ст. «Белая Русь» у многiх крынiцах мела ўжо больш дакладную геаграфiчную лакалiзацыю. Польскiя гiсторыкi Марцiн Кромер (1512-1589) i Аляксандр Гвагнiн (1534-1614) лiчылi ёю Падзвiнне i Падняпроўе. I ў дзяржаўных дакументах Вялiкага Княства Лiтоўскага (напрыклад, у прывiлеi караля Стэфана Баторыя (1576-1586) рыжскiм купцам ад 1581 г.) «Белая Русь» фiгуруе як назва адной з правiнцый гэтай дзяржавы (побач з Лiтвой, Жамойцю, Iнфлянтамi). Прыкладна з 1620-х г. колькасць выпадкаў выкарыстання гэтага тэрмiна ў крынiцах рэзка ўзрасла, а яго геаграфiчны змест выразна акрэслiўся. Гэта была найперш паўночна-ўсходняя частка этнiчна беларускай тэрыторыi, Падзвiнне i Падняпроўе — Вiцебскае, Полацкае, Мсцiслаўскае, Смаленскае i часткова Менскае ваяводствы. З'явiлася i вытворная назва «беларусцы». Так называлi сябе жыхары этнiчнай Беларусi з канца ХVI ст.: «родам лiцвiн беларусец Ашмянскага павету», «лiтоўка беларуска Мсцiслаўскага павету», «беларусец Лiдскага павету», «вiцебчанiн беларусец пасадскi чалавек» i г.д. Слова «лiцвiн», «лiтоўскi» азначала тут прыналежнасць да дзяржавы, а «беларусец» — этнiчна-рэлігійную самаакрэсленасць. Адначасова ў дачыненнi да тэрыторыi Беларусi (за выняткам заходняй) у якасцi вызначэння, якое дамiнавала да ХVII ст., выступаў старадаўнi ўсходнеславянскi этнонiм і канфесіонім «Русь» ды яго вытворныя «русiны», «рускi народ». Апошнія ў роўнай ступені тычыліся i Ўкраiны.

Так этнанiмiчная назва «Белая Русь», якая не ахапiла яшчэ ўсёй этнічнай тэрыторыi беларусаў, ужо ў ХVII ст. трывала замацавалася за большай часткай краю i стала пераносiцца на яго жыхароў. Паказальна, што тады i ў Заходняй Еўропе ўяўленнi пра Белую Русь набывалi большую дакладнасць. Напрыклад, на карце Гiльёма дэ Баплана сярэдзіны XVII ст. да яе аднесены Полацкае, Вiцебскае, часткi Менскага i Мсцiслаўскага ваяводстваў, на iншых тагачасных картах — увесь абшар памiж Дзвiной i Прыпяццю. А габсбургскі пасол Аўгустын Маерберг, якi ездзiў праз Вялiкае Княства ў Маскву, у апiсаннi падарожжа (1661) аднёс да Белай Русi землi «памiж Прыпяццю, Дняпром i Дзвiною з гарадамi Наваградкам, Менскам, Мсцiславам, Смаленскам, Вiцебскам i Полацкам ды iх акругамi».

Цяперашняя форма назвы Беларусь стала ўжывацца ў канцы ХVIII-ХIХ ст., а яе пашырэнне на ўсю сучасную тэрыторыю краiны адбывалася яшчэ пазней i было звязана з развіццём нацыянальнага руху ды працэсамi фармавання беларускай нацыi. Аднак, нягледзячы на позняе замацаванне тэрмiна «Беларусь», яго выкарыстанне ў тэрытарыяльным плане ўяўляецца апраўданым і для асвятлення папярэдняй гiсторыi краiны. Пiсаць пра сярэднявечную тэрыторыю нашай зямлі як пра Беларусь, думаю, не менш правамерна, чым называць Расiяй абшары Паўночна-Ўсходняй Русі Х-ХV ст., што робяць расiйскiя гiсторыкi, або гаварыць пра палеалiт Польшчы. Рэтраспектыўнае выкарыстанне азначэнняў «Беларусь», «беларускi» ў дачыненні да часоў, якiя папярэднiчалi з'яўленню выразных этнаграфiчна-культурных асаблiвасцяў краiны, неабходнае для фіксавання кантынуітэту яе гісторыі.

 

ТО ТАКОЕ «БЕЛАЯ РУСЬ»?
Значение термина менялось на протяжении веков

Многие белорусские авторы сегодня употребляют в пафосе статей о Родине термин «Белая Русь». Это словосочетание вообще активно используется — от названия водки до названия правительственного санатория РБ в Сочи. Но на самом деле термины «Беларусь» и «Белая Русь» — вовсе не тождественны, а абсолютно разные по содержанию, ибо наша территория никогда не была «Русью», а была только Литвой, а «Белой Русью» именовалась в прошлом только Московия. Видеть в слове «Беларусь» нечто как часть Руси — это то же самое, что видеть «Русь» в словах Боруссия и Пруссия: корень «Русь» в них присутствует в своем значении именно Руси, но Русью они никогда не были.


ОТКУДА ВЗЯЛАСЬ «БЕЛАЯ РУСЬ»?

Вопрос о происхождении термина «Белая Русь» мы уже отчасти затрагивали в статье «Загадки старинных карт» (№21, 2007), в главке «Москва — истинная Белая Русь».

Кратко напомню, что речь велась о карте 1507 года, на которой про Московию сказано, что она имеет второе название «Белая Русь». Также мы говорили о том, что Карамзин в своей «Истории государства Российского» приводил письма, которые слал в Рим Иван III перед своим браком с униаткой Софьей Палеолог в 1472 году. В этих письмах он подписывался как «князь Белой Руси». Это, напомню, был конец 1460-х — начало 1470-х годов, когда Московия еще состояла в Орде и не являлась самостоятельным государством. Это, кстати, опровергает домыслы иных уже белорусских историков о том, что, дескать, термин «Белая Русь» появился потому, что эти земли не были под татарами (эта нелепость везде в школьных учебниках и энциклопедиях).

Мы выдвинули свою гипотезу о том, откуда взялось вообще деление Руси по цветам белый, черный и красный. Татары Орды по своей национальной традиции именовали стороны света цветами: черный, синий, красный и белый. Соответственно сторонам света у них были названия для своих частей Орды, где Московия именовалась как Западная Орда «Белой Ордой». На момент создания карты в 1507 году (второй год правления сына Ивана III Василия III) Московия только-только обрела статус независимой части Орды и стала активно захватывать в Орде власть. Вполне логично предположить, что украинцы (тогда именовавшиеся русинами и Русью), видели в Московии старые владения своих киевских князей и именовали их тоже «Русью» — но для смыслового отделения эту колонию называли, как было принято, с некоей «приставкой». Какой? Такой приставкой как раз и могло быть именование Московии «Белой Русью» — ибо она была Белой Ордой на протяжении трех веков. То есть, не надо было ничего изобретать: термин «Белая» был закреплен за Московией в течение трех веков ее пребывания в Орде. В переписке с Ордой Иван III себя именовал князем «Белой Орды», в переписке с Европой — князем «Белой Руси».

С укреплением своего значения Москва раздает своим соседям цвета В ТОЧНОСТИ по национальным нормам Орды в отношении названий Орд по цветам сторон света! Не появилось у нас никаких оранжевых, зеленых, желтых и прочих Русей. А появились только с подачи Москвы Руси Белая, Красная и Черная — означающие у татар географически запад, север и восток и равнозначные аналогичным названиям Орд. Восточной Синей Руси не возникло в этом ряду просто потому, что восточнее Москвы Руси не было.

Подтверждение тому, что именно Московия, а вовсе не территория нынешней Беларуси, на протяжении всей средневековой истории называлась «Белой Русью», мы находим в книге Александра Гваньини (Alexander Gwagninus) «Описание Московии». Он родился в Италии в 1538 г., объездил всю Восточную Европу, автор многих книг. Полное название данной книги звучит так: «Описание Московии. Полное и правдивое описание всех областей, подчиненных монарху Московии, а также описание степных татар, крепостей, важных городов и, наконец, нравов, религии и обычаев народа. Присоединены, кроме того, и добросовестно описаны важные деяния и недавняя великая тирания нынешнего монарха Московии Иоанна Васильевича».

Начинает свою книгу он так:

«Я намерен, благосклонный читатель, описать Московию и пределы ее, коими она замкнута; я полагаю, что прежде всего надлежит мне рассказать, откуда берет она свое наименование. Это — некая область в центре Белой (как называют там) Руссии, лежащая на северо-востоке, от которой получают наименование Московии и все прочие области Руссии, лежащие вокруг (хотя и названные совершенно различными именами); жители их на местном языке называются московитами, и сам монарх областей Руссии именуется великим князем Московии. Далее, московиты были вначале малым и незначительным народом русских, но теперь уже благодаря прибавлению многих государств к Руссии, частично присоединенных на правах законного наследования, частично подчиненных силой или хитростью, она начала сильно расти за счет завоеванных и захваченных областей соседних народов, так что может считаться обширнейшей державой».

Как видим, с первых строк книги автор указывает, что Москва — центр Белой Руси, а также Белой Русью являются далее им перечисляемые «области вокруг» в лице Пермии, Мордовии, Рязани-Эрзя, Суздаля — и прочие все финские территории ныне Центральной России. То есть, это и есть — в понимании московитов того времени — Белая Русь.

Современные российские переводчики книги на русский язык тут нашли — вполне верно — явное несовпадение с нынешним пониманием термина «Белая Русь» и потому поспешили дать такой пространный комментарий к этому абзацу:

«Гваньини под Белой Руссией понимает западно-русские, прежде всего смоленские, земли Московского государства».

Что является ложью: любой из нас умеет читать и видит у автора — тот конкретно называет Москву лежащей В ЦЕНТРЕ Белой Руси. Зачем же перевирать автора, навязывая ему под понятием «Белая Русь» Смоленск, про который он, кстати, дальше пишет, что тот как раз не является «Белой Русью», а только захвачен у Литвы?

Но самое замечательное в том, что любые обвинения Гваньини в «незнании», что такое Белая Русь, — просто смехотворны. Дело в том, что он в третьей четверти XVI века служил в армии ВКЛ, участвовал в войнах с Московией и был КОМЕНДАНТОМ ВИТЕБСКА. Обращаю особо внимание: являясь комендантом Витебска, он при этом не считал его белорусским и лежащим в Белой Руси — даже намека на такое понимание тогда не было ни у него, ни у жителей Витебска. То есть, в XVI веке земли нынешней Беларуси никто не считал «Белой Русью», это название относилось только к Московии.

Далее в комментарии:

«Название встречалось как у его предшественников (Амброджо Контарини — gran Rossia bianca, Матвея Меховского — alba Russia), так и у поздних авторов. Е. Е. Замысловский пишет: "У Мюнстера в описании Руссии находим и название Alba Russia — область близ Танаиса и Меотийских болот, подвластную великому князю московскому. Иовий всю Московию называет Белой Руссией. А Фра-Мауро, подразделяя всю Руссию на Белую, Черную и Червонную (Russia bianca, negra, rossa), замечает, что "это различие не имеет иной причины, как ту, что часть России по ею сторону Белого моря называется Белою, другая, что по ту сторону реки Черной, называется Черною, а та, что по ту сторону реки Червонной, называется Червонною". Предполагается, что под именем Белого моря Фра-Мауро разумел Байкальское озеро. На карте его встречается также название Великой России" (Замысловский Е. Е. Описание Литвы, Самогитии, Руссии и Московии — Себастиана Мюнстера. — ЖМНП, 1880, № 9Е. С. 75-76)».

Тут тоже нагромождение нелепиц (типа «предполагается, что Белое море — Байкал»), призванных скрыть конкретику сообщаемого: что ВСЕ древние авторы, писавшие о Московии, называли ее Белой Русью. Это нынешние российские комментаторы (как и советские) находили только «казусом», оставляя без объяснения. Но что же это за «казус» (ошибка или заблуждение, подмена понятий), если сами правители Московии себя именовали «князьями Белой Руси»?

Далее в книге Гваньини пишет:

«Московия, по-местному называемая Москвой, обширнейший город, столица и метрополия всей Белой Руссии, подвластной великому князю московитов, вместе с областью или княжеством получила название от протекающей здесь местной реки, называемой Москвою».

Так при чем тут Смоленск? Автор ясно указывает: Москва — «столица и метрополия всей Белой Руссии». Какие еще могут быть «разночтения»?

СМЕНА ИСТОРИЧЕСКИХ ПОНЯТИЙ

В нашей статье «Загадки старинных карт» (№21, 2007) мы обращали внимание на странную судьбу фигурирования термина «Белая Русь» в титулах московских правителей. Вначале в их титулах эта «Белая Русь» активно присутствует (например, в титулах Ивана III — освободившегося от Орды и ранее равно называвшегося в Орде «князем Белой Орды», затем Василия III, Ивана IV Грозного, Бориса Годунова и далее в титулах первых Романовых).

А дальше ЗАГАДКА: термин «самодержец Белой Руси» исчезает у Петра I, а вместо него появляется «самодержец России». Но ответ очевиден: усилиями Петра Московия — Белая Русь меняет свое название на «Россия». И с этой поры вплоть до Николая II (до краха царизма в феврале 1917 года) в титулах царей России больше нет упоминания, что они «самодержцы Белой Руси», хотя остаются в них самодержцами Малой Руси и Великой (новгородской). Термин сей замен на термин «российский самодержец». А что касается территории нынешней Беларуси, то она, например, в титуле Николая II названа в двух частях: Восточная Беларусь — «князь Витебский», а вся Центральная и Западная Беларусь — «Великий князь Литовский» (для нынешней Республики Летува у него был титул «князь Самогитский»).

Подчеркиваю: никакой «Белой Руси» со времен Петра I в титулах российских монархов БОЛЬШЕ НЕ СУЩЕСТВОВАЛО.

В книге Гваньини: «Преимущественно, ввозятся в Московию из Литвы, Руссии и Польши, а также купцами других стран следующие товары: сукно всякого сорта и цвета, шелк и шелковые одежды, затканные золотом или серебром, Драгоценные камни, золотые нитки, жемчуг и всякого рода драгоценные металлы».

Тот факт, что авторы прошлого ЧЕТКО разделяли настоящую Русь (Украину) от вовсе не Руси — Московии, конечно, крайне раздражает нынешних российских историков. Ведь именно под царским давлением России исконная Русь поменяла свое название на «Окраина». И комментаторы и тут нашли нужным «вставить свое»:

«Названия Московия и Руссия могут быть неравнозначны; Матвей Меховский (1457-1523), польский историк и географ, например, различает их особенно четко: Руссия — страна, восточный край которой прилегает к реке Танаису и Меотийским болотам, т.е. юго-западная Россия; Московия — земли к северо-востоку от Дона и Азова».

Что значит «могут быть неравнозначны»? Они и были тогда абсолютно разными по значению. Например, на могиле во Львове московского первопечатника Ивана Федорова написано, что он московит, а вовсе не русин. Но он, вообще-то, не был и русским (то есть московитом): его настоящая фамилия Федорович (ударение на второе «о»), измененная в Москве на «Федоров», ибо там на «-вич», по местным взглядам, могли носить фамилии только приближенные к трону. Ян Федорович был шляхтичем из Барановичей, а вовсе не русским — тем более таким азиатом, как его изобразили на памятнике в Москве — с чудовищной бородой, в астраханском халате и в персидских сапогах с загнутыми вверх концами — чтобы при ходьбе не задевать «прах своих предков» — восточное суеверие.

Подмена исторических понятий произошла значительно позже, только в период всевластия в Восточной Европе Российской империи, а вот в то время Александр Гваньини, считавшийся главным экспертом для Запада по Восточной Европе, совершенно верно и четко показывал существовавшие тут реалии.

Его другая книга, изданная в Кракове в 1578 г. на латыни, называется «Sarmatiae Europeae descriptio, quae regnum Poloniae, Letyaniam, Samogitiam, Russiam, Massoviam, Prussian, Pomeraniam, Livoniam, et Moschoviae, Tartariaeque partem complectitur». Один перевод ее названия уже одиозно разрушает все «карточные дома» ложных исторических оценок, построенные российским империализмом.

Переведем: «Самогития Европейская, что включает королевства Польское, Литовское, Самогитское, Русское, Мазовецкое, Прусское, Померанское, Ливонское и также Московию с частично Тартарией»

Раскроем содержание этой географии Восточной Европы. В данной книге-энциклопедии Польша — это нынешняя Малая Польша (столица Краков), Литва — нынешняя Республика Беларусь (тогда имевшая столицу в Вильно), Самогития — нынешняя Республика Летува жемойтов и аукштайтов (столицу в то время не могу назвать — какой-то их небольшой городок, ибо Вильно и Ковно этнически относились к белорусам-литвинам). Русь — нынешняя Украина (столицы Руси в то время — Киев и Львов), Мазовия — ныне Великая Польша (столица Варшава), Пруссия — столица Королевец (переименованная в полной кальке на немецкий как Кенигсберг), Померанское королевство — государство славян Полабья и западных балтов Поморья (главный город — Старгород, ныне Ольденбург, плюс остров Руген-Русин, населенный русинами), Ливония — ныне Латвия (столица Рига), Московия — ныне Россия (столица Москва), Тартатрия — ныне тоже Россия (захваченные Московией у Орды все ее земли).

Как видим, большинство существовавших в то время геополитических центров Восточной Европы ныне совершенно изменили свой облик: Мазовия стала Польшей, Самогития невесть почему считается «Литвой», а сама наша Литва — вдруг «Беларусью», Русь стала «Украиной», а Московия и Тартария — «Россией». Если бы Александр Гваньини неким чудесным образом перенесся бы в наше время, то не поверил бы своим глазам — и посчитал, что все у нас стало с ног на голову. Во всяком случае, являясь комендантом Витебска, он и вообразить не мог, что этот литовский город кто-то вздумает называть «белорусским» — это казалось тогда совершеннейшей дикостью.

Вот хотя бы один — но весьма для нас важный вопрос. Что считать Литвой? Во всех своих книгах Гваньини указывает: литовцы — это славянский этнос, они говорят на славянском языке — в отличие от живущих их севернее жемайтов и аукштайтов, которые говорят не на литовском языке, а на своем, родственном языку Ливонии. Но сегодня, как мы знаем, жемайты и аукштайты Республики Летува как раз иное нашли: что их жемайтско-аукштайтский язык якобы и является «литовским языком», хотя что в нем «славянского» — вот вопрос.

Эта проблема вполне ясно понимается и российскими комментаторами к книге Гваньини. Например, вот автор писал:

«Слово czar в русском языке означает «царь» (rex), а czarstvo — «царство» (regnum), и этим наименованием московиты называют своего государя: «царь всей Руссии». Прочие же славяне, как например, поляки, богемцы, ЛИТОВЦЫ и другие, язык которых отличается от русского, называют царя другим именем, именно, «кроль» или «король», или «краль», а именем czar, как они считают, называется только император».

Тут, конечно, сразу бросается в глаза: «Прочие же славяне, как например, поляки, богемцы, ЛИТОВЦЫ...» Российские комментаторы только и нашли, что сказать:

«Странное отнесение литовцев к славянам встречается и у других иностранцев, писавших о России, например, у Горсея, который считал, что литовский язык близко подходит к славянскому, и назвал последний самым богатым и изящным в мире».

Но, простите, тут речь у авторов идет именно о белорусском языке, который они в эпоху Литвы и называли литовским. И что тут «странного» в отнесении литовцев к славянам, если в книге 1578 г. Гваньини среди субъектов Восточной Европы называет наш нынешний этнос белорусов — Литвой, а нынешний этнос Республики Летува — самогитами (жемойтами)?

У Гваньини литовцы — это именно и конкретно только нынешние белорусы. Вот, например, типичная цитата из его книги о Московии: «Когда литовцы неожиданно захватили весьма могучую крепость, называемую НА ИХ ЯЗЫКЕ Борском...»

Хочется спросить: это где же ныне в языке Летувы Борск может называться Борском? В их языке он обязательно должен иметь «-ис» или «-ас» на конце. Да и исторически понятно, что Борск захватывали хоругви нынешней Беларуси, а вовсе не хоругви с Жемойтии или Аукштайтии. При этом Гваньини пишет об этом как УЧАСТНИК событий — ибо сам воевал в войсках ВКЛ, при этом своих собратьев по оружию — нынешних белорусов — называл этнически именно ЛИТОВЦАМИ, а вовсе не белорусами из Москвы: наши предки как раз и воевали с «белорусцами-московитами».

Но вернемся к термину «Белая Русь». В конце книги Гваньини снова повторяет:

«Иные также называют государя Московии белым Цезарем (Caesar), в особенности его подданные, то есть царем или императором белой Руссии. Ведь как было сказано выше, Руссия, подчиненная московскому князю, называется белой, а та, которой правит король польский (хотя он владеет и частью белой), называется черной Руссией. Я полагаю, что государь московский потому называется белым царем, что жители всех областей, подчиненных его власти, большей частью носят белые одежды и шапки».

Конечно, эта мысль Гваньини насчет одежд и шапок кажется несерьезной. Объяснение насчет Черной Руси как «польской» относится — тут нет никаких сомнений — именно и только к Руси Галицкой и Волынской (то есть Красной, которую на иных картах именуют как раз Черной). Именно эта Русь не входила в состав ВКЛ и входила в состав Польши. А упоминание о том, что польский король владеет и частью белой Руссии, я бы все-таки относил не к Смоленску, как это делают комментаторы, а к другим территориям, которые входили тогда в состав ВКЛ: скорее всего тут подразумевались Чернигов и Новгород-Северский. Книга «Описание Московии» была издана в 1578 году, через 9 лет после создания союзного белорусско-польского государства Речь Посполитая, и именно о восточных территориях ВКЛ, спорных с Московией, и говорит автор — а вовсе не о землях нынешней Беларуси. Например, Витебск Гваньини четко и конкретно именует только Литвой, в нем живут литовцы, которые говорят на своем литовском (то есть белорусском) славянском языке.

В рамках своих пространных объяснений российские комментаторы и тут нашли нужным вставить «свое слово» в спорный момент:

«Рассуждение о причине наименования "белый царь" взято у Герберштейна и, очевидно, фантастично, но, во всяком случае, более реально, чем объяснение Флетчера: "В 1059 г. на венгерском престоле сидел некий Бела (это же имя имели и некоторые другие венгерские короли), от него и называется "белым" царский дом в России, тем более, что царь Иван Васильевич считал своими предками не русских, а германцев; русские же полагают, что венгры — часть германского народа" (Дж. Флетчер. О государстве русском. СПб., 1905. С. 12- 13)».

Действительно, странно. Но вот тот факт, что Иван Грозный находил предками московитов вовсе не славян, а венгров, — вполне ясен. Ибо сами нынешние русские (то есть московиты) — это и есть славянизированные финно-угры, и поэтому понятны устремления Орды тюрок и финно-угров в Венгрию (куда мигрировали с Волги народы угров и булгары), а затем и Москвы как наследницы Орды на ее власть.

Ошибкой, конечно, было в то время (когда еще не было лингвистического анализа) считать угров предками германцев — но вот Иван Грозный был в плену этой ошибки. Однако определение Московии как этнически вовсе не славянского государства — а именно финно-угорского — было верным. Москва к славянам никакого отношения никогда не имела: это страна окающих финнов, и само ее название — чисто финское, от народа мокша (самоназвание Moks). Финские самоназвание Moks с прибавкой Va (вода) дали название реки этого этноса — Моксва, от чего и стал называться город Москва (в языке киевлян сочетание «кс» было трудноговоримым и заменилось на привычное «ск»).

Кстати, в своей книге Гваньини отмечал, что московиты только в соборах говорят молитвы на славянском языке, а в быту говорят на своих финских диалектах.

Но тут на другое обращаю внимание: российские комментаторы и здесь находят, что «Рассуждение о причине наименования "белый царь" взято у Герберштейна и, очевидно, фантастично». Что же тут «фантастичного», если Карамзин приводит документы, которые Иван III подписывает титулом «князь Белой Руси»? И самое непонятное: с чего это все средневековые авторы, писавшие о Московии как о Белой Руси, вдруг считаются российскими комментаторами «фантастами»? Зачем им надо было этой «фантастикой» заниматься? В чем смысл?

Да, видимо, только в том, что они, несчастные, никак не могли знать, что в 1840 году царизм, озабоченный постоянными восстаниями литвинов, решит их переименовать в «белорусов». Конечно, после такого «эпохального события» все факты о том, что белорусами в прошлом именовались вовсе не белорусы, а только одни московиты, — кажутся «странными» или «фантастическими». То есть, московские историки сегодня очень хотят видеть всю средневековую историческую литературу «фантастикой».

Однако вот ведь по-настоящему странно: согласно самим же оценкам всех российских историков, Александр Гваньини не ошибся ни в одном факте относительно того, что тогда происходило в Московии. Но только одно они называют «фантастикой»: когда Гваньини пишет о Московии как метрополии Белой Руси, когда он называет Московию государством вне исконной Руси (ныне Украины) и когда он называет литовцев (белорусов) славянами, а их Литву — славянским государством. Это потому в нынешней России и не признается, что противоречит ее выдуманным имперским концепциям — и о себе, и о своих соседях. Мол, «фантастика» вовсе не то, что они в царизме выдумали, а то, что было реальностью во время Александра Гваньини.

Но, полагаю, фантастами являются вовсе не средневековые авторы, а нынешние их комментаторы, которые не хотят в упор признавать то, что было основой представлений в то время.

ФАКТЫ И ЗАБЛУЖДЕНИЯ

Московию называли «Белой Русью» все историки того времени — при этом ни в коей мере не относя это название к землям нынешней Беларуси. Вот еще несколько примеров.

Амброджо Контарини (1474-1477) в книге «Путешествие в Персию» говорит об Иване III как о великом князе «Великой Белой Руси», il duca Zuane, signer della gran Rossia Bianca:

«Итак, 26 сентября 1476 г. мы, с пением молитвы «Тебе бога хвалим» и вознося благодарения богу, который избавил нас от множества бед и опасностей, вступили в город Москву, принадлежащий великому князю Иоанну, властителю Великой Белой Руси».

Франческо да Колло в книге «Доношение о Московии» (1518-1519) писал уже о сыне Иване III — Василии III (отце Ивана Грозного):

«Престол сего великого Господина Василия, императора и Государя всея Руси и великого Князя находится в городе Московии, окружность которого — три с половиной лиги.... Имеет сей князь под господством и полною властью своею одну и другую Русь целиком, то есть черную и белую, кои суть царства громаднейшие. Черная, которая именуется Русью Королевской, почти непрерывно ведет войну против Южной Ливонии и весьма часто ведет сражения на замерзшем море. Белая же Русь ведет войну против Ливонии Северной и весьма часто сражается в северном Ливонском море, иногда же на озере Пейбус (Чудское озеро), замерзающем со стороны сей Белой Руси. И одна и другая Русь вместе ведут войну против Короля Польского и Великого Герцога Литовского и против Самогитов, Прусов и Курляндцев».

Как видим, тут Белая Русь — сама Московия, а Черная Русь — Псковское государство. Что замечательно наглядно изображено на знаменитой карте Олафа Магнуса «Carta Marina» (более известной изображениями всяких диковинных морских чудовищ в левой ее части). В правой нижней части обозначены две половины Московии — Руссия Белая (на территории нынешней Ленинградской области) и Руссия черная (точно в районе Пскова). Вся нынешняя Беларусь на карте названа Литвой, а нынешняя Республика Летвува — Самогитией (Жемойтией).

Климент Адамс в книге «Английское путешествие к московитам» (1553 г.) сразу указывает:

«Московия, называемая и Белою Русью, есть обширнейшая страна».

Эти цитаты можно продолжать и дальше. Казалось бы — все ясно: Белая Русь — это и есть сама Московия, и сей термин к нынешней Беларуси никакого отношения не имеет. Нет же — историки все равно пытаются доказать обратное.

В какой-то мере можно простить, когда советские историки находили, что «к Руси в XVI веке» относили на территории нынешней Беларуси ее восточные области. На самом деле, как мы выше убедились, НИ В ОДНОМ документе той эпохи территории нынешней восточной Беларуси не называются «Белой Русью», а термин сей касается только Московии. Нет же, где-то выцарапали тот факт, что в привилее короля Стефана Батория рижским купцам от 1581 года «Белая Русь» фигурирует как название одной из провинций Речи Посполитой (наряду с Литвой, Жемойтией и пр.). Однако где доказательства, что это имеет хоть какое-то отношение к землям нынешней Беларуси? Наоборот, содержание документа выдает, что речь идет именно об этнических землях МОСКОВИТОВ, то есть финно-угров Московии, захваченных у Москвы. Напомню, что в то время спорными считались все земли Московии, ранее входившие в состав ВКЛ — до Можайска.

Советских историков можно понять — им надо было как-то обосновать власть Москвы над нашей страной, обосновать власть метрополии над колонией в рамках российского и потом советского колониализма. Но именно поэтому совершенно чудовищным видится уже у современных белорусских историков (вовсе не промосковских, а патриотов Отечества) повторение этого же нелепого мифа — да еще и с попытками его «обосновать».

Вот, например, что пишет известнейший современный белорусский историк, имя которого не называю из-за своих симпатий к нему:

«Появилось и название «беларусцы». Так называли себя жители этнической Беларуси с конца XVI в.: «литвин беларусец Ошмянского повета», «литовка беларуска Мстиславского повета», «беларусец Лидского повета», «витебчанин беларусец посадский человек» и т.д. Слова «литвин», «литовский» означали тут принадлежность к государству, а «беларусец — этно-религиозное самоопределение».

Уважаемый историк стал жертвой самой наивной ошибки: он полагает, что термин «Белая Русь» якобы относится только к ныне белорусским землям (игнорируя тот факт, что он является синонимом Московии и московитов-белорусцев). А потому первые эпизодические упоминания в летописях ВКЛ термина «белорусец» — он относит именно к якобы «зарождению нашего самоназвания белорусы». Что является непростительной научной ошибкой, ибо под самоназванием «белорусец» тогда в документах ВКЛ именовались вовсе не белорусы, а БЕЖЕНЦЫ из Московии, из настоящей Белой Руси. Коих было тогда, кстати, огромное количество: крестьяне Московии — Белой Руси — белорусцы массово бежали из Московии в ВКЛ, где не было кровожадного крепостного права.

Доказать ошибку историка не составляет никакого труда: в хорошо известных московских списках сотен тысяч плененных белорусов в войнах с Московией (главным образом — в войне 1654-1667 гг.) ВСЕ ДО ОДНОГО белорусы (с нашими именами и фамилиями на «-ич») именуются только как ЛИТВИНЫ, и нет в этих списках НИ ОДНОГО белорусца. Потому что «белорусец» в то время — это и есть московит (или принявший московскую веру человек).

Поэтому те выписки, которые приводит историк (типа «витебчанин беларусец посадский человек»), касаются только московитов, поселившихся у нас, и тогда синонимом были слова «московит» и «белорусец». Что, кстати, можно увидеть и в произведениях Симеона Полоцкого, который часто название «московиты» заменяет равным по его смыслу «белорусцы».

Что же касается нашего народа, то вот факт — даже в 1950 годах этнографы, опрашивая крестьян Минской области (тогда это 70% населения области), нашли, что НИКТО тут не называет себя «белорусами»: были только два ответа — литвин или тутейший (местный). Так что уж заикаться о далеком XVI веке, видя там «ростки самоназвания белорусец»?

Не было такого.

И самое интересное — с середины XVII века термин «белорусец» не имел ЭТНИЧЕСКОГО содержания московита, а означал уже коллаборациониста, принявшего московскую веру и присягнувшего московскому богоцарю. Например, в войне 1654-67 гг. «белорусцами» называли всех подряд: литвинов, жемойтов, украинцев, евреев и поляков — а стоило им отказаться от московской веры и вернуться к своей, как они и переставали именоваться Москвой «белорусцами». Но об этой стороне эволюции термина — в другой статье.

Вадим РОСТОВ
«Аналитическая газета «Секретные исслдеования»